Свобода без выбора

Акции протеста против повышения пошлин на ввоз иномарок в Приморье наглядно показали, что наиболее мощным протестным потенциалом обладают не самые бедные слои населения. При этом автомобилисты продемонстрировали хорошую способность объединения в организованные сообщества, выдвигающие не только локальные экономические требования, но и политические. Действия приморцев, мягко говоря, не вызвали одобрения у власти.

Мы попытались выяснить, кто же из лидеров протестного движения пользуется наибольшим авторитетом в среде автомобилистов. Беседа состоялась в том числе и с председателем координационного совета межрегиональной общественной организации автомобилистов "Свобода выбора" Вячеславом Лысаковым.

– Вячеслав Иванович, а как ваша организация и вы лично относитесь к повышению ввозных пошлин на автомобили?

– Резко отрицательно. Однозначно, что повышение пошлин производится с целью зачистки конкурентного поля. Это никогда не делается для блага потребителей. Подобные преференции, которые и раньше давались нашему автопрому, ни к чему хорошему не привели: качество российских автомобилей как оставляло желать лучшего, так и оставляет. Халява развращает бизнес, помощь ему не должна оказываться на безвозмездной основе. Так, средства в поддержку автопроизводителей правительство США выделило в виде кредитов, которые будут вложены в развитие производства и в последствии вернутся в бюджет. А наше правительство выделяет миллиарды долларов предприятиям автопрома без всяких гарантий. В результате деньги будут потрачены, но не на модернизацию производства. При этом российский автопром когда-то был "нашим", национальным, а сейчас он принадлежит западным компаниям и частным лицам. Так почему мы должны из собственного кармана финансировать предприятия, которые не принадлежат народу?

– Но на этих предприятиях работают российские рабочие...

– 800 тысяч человек занято в автомобильном производстве России. Им есть, над чем задуматься. Российский автопром работает крайне неэффективно. На каждого рабочего приходится 2,5 машины в год, тогда как мировой показатель равен 8. В Европе — 9, а японцы производят 16 автомобилей.

– Почему вы так уверены, что средства поддержки не пойдут на модернизацию производства?

– Для этого должен быть план модернизации, а где он? Его нет. Нет программ, нет персональной ответственности. Автопром просто просит денег у правительства, и оно дает. На мой взгляд, или умрите, или работайте хорошо.

– Ваши слова надо расценивать как критику власти?

– Да. Я считаю, такие меры на фоне кризиса крайне неэффективными.

– Кому выгодно повышение пошлин?

– Владельцам заводов, сборочных предприятий.

– То есть создаются условия, когда выгоднее строить на территории России производства, чем завозить готовые автомобили из-за рубежа. Это разве плохо для России?

– Зачем правительство не дает нам права выбора? Ведь вводятся пошлины и на те автомобили, которые никогда не будут производиться в России. Те же минивэны, полноприводные джипы. Мы лет через сто приступим к их выпуску.

– Вы критикуете решение правительства, но почему не протестуете? "Свобода выбора" не числится среди организаторов последних акций протеста...

– А зачем? Появилась новая молодежная волна протеста. Там нет структуры, нет организаторов, полная эклектика лозунгов политических и экономических. Зачем нам в этот омут нырять? К этому хаотичному протесту проявили интерес радикальные структуры: левые, ДПНИ и другие.

– А почему вы не попытались организовать этот хаос?

– Это нереально. Уследить за всеми радикальными лозунгами невозможно, потому что движение возникло на уровне регионов. В результате мы можем получить только обвинения в том, что Лысаков пытается пиариться за счет этой волны, получить какие-то очки. Нам это не надо. Протестная волна схлынет через два месяца. Таких проектов была масса. Сайт the-right.org, на котором звучат радикальные призывы, имеет непонятных хозяев. Выхлоп от этих лозунгов будет минимальным. Ресурс вскоре заглохнет. Эффективность нулевая.

– А какая работа более продуктивна?

– Конструктивная работа, которой мы сейчас занимаемся. Работа с Государственной думой, ФАСом и другими властными структурами. В новый проект Кодекса об административных нарушениях мы внесли 12 поправок.

– Вы хотите сказать, что сами превратились в этакого бюрократа-общественника?

– Да, я лично — чиновник, который лоббирует общественные интересы, используя официальные каналы.

– Когда ваша организация ушла "с улицы" в кабинетные работники?

– В мае прошлого года мы провели последнюю акцию и вошли в переговорный процесс.

– Может быть это вас ввели?

– Мне не платят за работу ни копейки, у меня нет машины. А пиар я на хлеб себе не намажу.

– Тогда зачем все это?

– Законотворческая работа решает проблемы тысяч людей.

– Пошлины тоже?

– Что же мы должны все бросить и заниматься пошлинами?

– То есть "на улицу" вы теперь уже никогда не вернетесь?

– Возможно, если будет для этого веская причина. К акциям надо серьезно готовиться.

– Неужели у автомобилистов вообще нет поводов для протеста?

– Есть... Но зачем мы будем кричать "долой!", если дверь открыта? Если я могу войти в любой кабинет и сказать, все что я думаю. Сейчас полно разных новых организаций, вот пусть ребята и работают. Для того чтобы организовывать акции, надо быть в хорошей физической форме — это работа до пяти утра. Так что мы будем действовать по-своему, а остальные пусть протестуют.

– Значит, нет былого энтузиазма?

– Нет. Акции протеста — это элемент роста организации: начальная стадия, детство и юность. Пикет можно провести, а дальше что? Потом начинается эффективная работа.

– Как вы относитесь к Федерации автовладельцев России и к ее председателю Сергею Канаеву?

– Никак. У них зарегистрировано на сайте 400 человек, а у нас 9 тысяч. В год мы имеем 3 миллиона посетителей. Так что мы находимся в разных весовых категориях, пусть ребята сначала раскрутятся.

– Вам неинтересно с молодежью работать?

– Мне неинтересно работать с радикалами. Неразборчивость плохо заканчивается.

– Как вы думаете, повышение пошлин будет отменено?

– Путин вряд ли поменяет свое решение, но, видимо, ему придется как-то минимизировать его последствия. В отношение Приморья, скорее всего, будут приняты особые меры: там ввозится и строительная техника, и хозяйственная, на импорте завязан весь малый бизнес. Возможно, для Приморского региона повышение пошлин будет отменено, пока не будут созданы рабочие места. Кто в совокупности повлияет на принимаемые решения, посмотрим. Я не страдаю манием величия.

– Как вы представляете свое будущее?

– Не знаю, может на пенсию выйду. Общественная работа — это колоссальные нагрузки, постоянный стресс, а у меня давление... За кресло я не держусь, у меня его нет, нет зарплаты. Мои друзья нашли инвестора и открывают частный кабельный канал... Возможно, я там буду работать ведущим программы по автомобильной тематике. Имея постоянный доход, я более комфортно себя чувствую.

– Вы хотите состоятся как специалист по автомобилям?

– Я во многих областях специалист. Надеюсь, впечатление жулика я не произвожу.

Ольга Гуленок