Z – Без стыда

Двадцать шестая буква Алфавита разрушения американской демократии. Буква Y показала, как капитуляция институтов стала системой управления. Буква Zero – о том, что происходит, когда исчезает последний сдерживающий механизм власти: стыд.

Корреспондент украинского новостного агентства УНИАН Дмитрий Хилюк провел три с половиной года в российском плену. Он рассказал историю про американца Стива Хаббарда. Старику почти семьдесят лет, он был похищен оккупантами в Харьковской области, где жил с украинкой, с которой познакомился на Кипре. Ежедневные унижения, бессонные ночи на коленях в тюремном дворике, язвы на ногах, суд за "наемничество". Когда прилетел Уиткофф, Путин его "отпустил" – помиловал "преступника". "Мне стыдно за американских дипломатов", – написал Хилюк. Он не американец, потому что им, видимо, не стыдно.

Дальше некуда

Вообще-то стыд не моральная категория, а настоящий операционный механизм демократии – порог, ниже которого политик не может опуститься, не потеряв легитимность. Он не прописан ни в одной конституции и существует постольку, поскольку существует совесть или страх перед ее публичным отсутствием. Наш алфавит описывает институты, законы, прецеденты. Буква Z – о том, что держало их вместе. И это не конституция, не территория, не история, не деньги – все это стало производной самого великого эксперимента по созданию политической системы с нуля, только из замысла небольшой команды отцов-основателей.

Например, обозреватель CNN Стивен Коллинсон предупреждает о возможных трюках Трампа по итогам выборов 3 ноября. Предохранителей, которые сработали в 2020-м, больше нет. Билла Барра, который был генпрокурором в 2020 г. и заявил, что массовых фальсификаций нет, не просматривается рядом. Сегодня генпрокурор Тодд Бланш, бывший ранее личным юристом Трампа, отказался гарантировать независимость своего ведомства. Министерство юстиции вмешалось в сенатские выборы на Аляске – федеральный суд заблокировал. Трамп ведь говорил, что так сделает. И он сделает.

Рой Кон – адвокат, наставник, подельник – научил Трампа пяти правилам: никогда не признавай вину, никогда не извиняйся, всегда атакуй, всегда отрицай, всегда претендуй на победу. Это не цинизм и не слабость характера. Это доктрина – замена внутреннего регулятора внешним. Совесть заменена расчетом последствий. Стыд – страхом, что поймают. Мораль – юридическим минимумом.

Когда президент бросает в лицо каждому американцу: "Я не думаю о финансовой ситуации наших граждан. Я вообще ни о ком не думаю" – это не оговорка, а декларация. И толпа верных последователей продолжает рукоплескать, несмотря на явное презрение их идола к ним лично.

А вот демократы уходили в отставку за меньшее или платили цену за большее. Кандидат в президенты, любимец Америки Гэри Харт снял кандидатуру в 1987-м после публикации фотографии на яхте с моделью по имени Донна Райс, которая не была его женой – пресса даже не успела написать полный репортаж. Эллиот Спитцер – губернатор Нью-Йорка, которого называли будущим президентом – подал в отставку через 48 часов после публикации о его встречах с эскортницей. Джон Эдвардс, кандидат в вице-президенты, исчез из политики, когда выяснилось, что он скрыл внебрачного ребенка. Билл Клинтон политически выжил и даже избрался на второй срок – но был подвергнут импичменту, публично признал связь с Моникой Левински, принес официальные извинения нации и выплатил $850 тысяч по мировому соглашению с Полой Джонс – еще до того, как дело дошло до суда. Репутационная цена преследовала его десятилетия. Система не убила его политически. Но показала: есть порог, и пересечение его стоит всего наследия.

Трамп же легко пережил скандал с Access Hollywood (на записи хвастался сексуальными домогательствами), два импичмента и 34 уголовных приговора – и каждый раз его рейтинг рос. Порог исчез не потому что Трамп бесстыден, а потому, что часть электората решила, что стыд – это и есть слабость. Как стыд исчез и не стал страхом потерять должность – тема отдельного расследования.

Видкун Квислинг, маршал Филипп Петен, Лорд Хау-Хау действовали в условиях оккупации, давления или принуждения. Трамп – первый демократически избранный лидер, делающий это добровольно, без единого вражеского солдата на своей территории. Историк Тимоти Снайдер, поменявший и кафедру, и страну из-за нежелания оставаться на родине, отметил, что президент США теперь функционирует как пресс-секретарь Кремля. Историк Дмитрий Шушарин пишет еще жестче: "Трамп объявил, что Зеленский уничтожил Украину. Слово в слово – кремлевская агитка. Президент США теперь один из них".

Деньги на замену

Стыд охранял эту границу. Его заменили расчетом и прибылью. А расчет имеет прейскурант.

Коррупция существовала при любом режиме. Новое при Трампе – не взятки, а открытость. Система перестала имитировать соблюдение приличий. Сделка более не секретна, она и есть протокол. Примеров масса.

Алина Хабба – бывший прокурор Нью-Джерси, адвокат Трампа в деле о секретных документах, когда еще находилась на госдолжности подписала контракт с Concord Partners, конторой мутного венесуэльского миллиардера Хулио Эррера Велутини на 50 миллионов долларов. Результат: полное президентское помилование. Трамп в свое оправдание заявил, что хотел бы получить больше денег для своей библиотеки.

В США разгорается скандал, который может серьезно ударить по президентским амбициям Джей Ди Вэнса. 3 ноября в Огайо выбирают губернатора. Республиканец Вивек Рамасвами – близкий друг Вэнса, даже сына назвал Вивеком – соперничает с демократкой Эми Актон. 19 октября Рамасвами выпустил рекламу, в которой мать Актон призывает за дочь не голосовать. За этим стоит страшная история: в 1978 году отчиму двенадцатилетней Эми предъявили обвинение в изнасиловании. Мать встала на сторону мужа. Отчим скрылся и умер, так и не представ перед судом. Спустя почти полвека та же женщина снова называет дочь лгуньей – теперь в предвыборном ролике. Ролик возмутил даже республиканцев. Губернатор Огайо Майк Деуайн, бывший губернатор Южной Каролины и кандидат в президенты Никки Хейли потребовали убрать рекламу. Рамасвами отказался. Вэнс его поддержал – раскритиковав не ролик, а тех, кому он не понравился. Трамп встал на его сторону. Нулевой стыд – не личная черта. Это и есть их культура. И родовая отметина.

Госсекретарь Марко Рубио на конференции в Афинах всерьез, как комплимент, назвал политику администрации "бесстыдным преследованием национальных интересов. По данным WSJ и Леонида Невзлина, Путин лично санкционировал операции ГРУ по саботажу инфраструктуры НАТО – генерал Аверьянов, полковник Смолянинов. Союзные разведки все об этом знали. Но переговоры с Уиткоффом продолжались. Значит, Рубио знал, о чем он сказал.

Трамп возвращается к теме своего третьего срока с завидной регулярностью. Например, как пишет Newsweek, 22 октября 2026 года на митинге в Су-Сити, Айова: "Я изучал эту формулировку вечно. К сожалению, она довольно лаконична. Здесь не так много места для интерпретации". И тут же: "Они обманули нас во второй раз, потому что мы выиграли трижды, поэтому я думаю, что имею право баллотироваться снова". XXII поправка Конституции, прямо запрещающая право баллотироваться на 3-й срок, пока существует. Стыда перед ней – уже нет.

Америка выбрала и поражение, и позор

Когда политиков народ не наказывает за отсутствие стыда – стыд исчезает не у них (его уже давно нет), а у народа. Дэвид Фрэнч, обозреватель NYT, предлагает что только импичмент может это изменить – политическое средство там, где уголовное преследование бессильно. Правильный инструмент. Но импичмент предполагает, что хотя бы часть участников процесса отвечает перед избирателями, которые еще наказывают голосованием за цинизм. Именно этого предположения уже нет.

Нулевой стыд – это не метафора. Это операционное состояние государственного устройства, в котором внутренние нравственные барьеры заменены расчетом выгоды, расчет выгоды – страхом последствий, а страх последствий упразднен вместе с независимостью судов, прессы и федеральных агентств.

Публикации букв алфавита не ограничивают инструментарий, которым пользуется Трамп для уничтожения американской демократии. Но эти статьи показывают масштаб намеренного разрушения американской мечты.

Каждый может сделать выводы: пришел ли конец величайшему эксперименту в истории человечества, который не только смог объединить и сирых, и богатых, и убогих, и гениальных в одно общество. И пришел ли конец Конституции, которая позволила построить самую мощную державу в мире. От этого Америке уже никогда не отвертеться.

И вот как это величие заканчивается – рыжим негодяем. Т.С. Элиот предсказал конец мира – "не взрыв, а всхлип". Он не мог предвидеть, что не будет и этого.

А будет – сплошной Дональд, даже не Нерон. Ведь какой великий артист погибает! Если, конечно, понимать под сценой весь мир, а под артистом – этот прекрасный свободный народ, который потерял стыд, когда дважды выбрал барыгу и своим лидером, и своей надеждой, и своей мечтой.

Аарон Леа, Борух Таскин