Желание контролировать вообще всё – специфическая черта тоталитарного общества. Строго говоря, тоталитаризм может возникнуть в самых разных социальных системах – авторитарных, либеральных, да любых. К примеру, Евросоюз – классика либерального тоталитаризма, где бюрократия пытается зарегулировать абсолютно всё, сопровождая любое действие людей бесчисленными инструкциями, циркулярами и протоколами.
В этом смысле Россия не изобретает ничего эксклюзивного, просто российский тоталитаризм имеет иной вид – авторитарной диктатуры.
Проблема тотального контроля известна. Во-первых, система управления перегружается бессмысленной деятельностью, производя вместо полезной работы ее имитацию. Во-вторых, сам по себе контроль никогда не бывает полным, так как нормальное человеческое стремление – обойти дикие запреты, что создает предел, выше которого контролировать становится практически невозможно (можно вспомнить уже классические истории с поголовной насильственной вакцинацией или нынешним принудительным "пересаживанием" на мессенджер МАКС). Ну, и третье – сама система управления, занимаясь исключительно контролем, утрачивает свой остальной функционал – развитие становится побочной деятельностью всей системы.
Кроме того, незарегулированная циркулярами деятельность людей – это своего рода "подушка безопасности" общества от ошибок власти. Примерно как "серый рынок", который во многом обеспечивает устойчивость российской экономики и социальную стабильность. Нынешняя деятельность по "обелению" экономики даст краткосрочный эффект в виде дополнительных сборов в бюджет, но цена эффекта – в разрушении этого "демпфера" и истончении "подушки безопасности" до угрожаемых величин.
Проблема в том, что начав процесс тотализации контроля, остановиться становится всё сложнее. Изобретаются всё новые и новые инструменты контроля, охватываются всё новые и новые области, ранее существовавшие без бдительного надзора, а контролёрами хотят стать всё новые и новые субъекты. Как пример – сейчас серьезному давлению подвергаются даже интимные стороны жизни человека, а желающих регулировать эти области становится всё больше – тут и религиозные структуры подтягиваются, и активисты-стукачи-доносчики. И это даже абсурдом назвать нельзя, так как проблема носит структурный характер, а значит – движение в сторону всё более жесткого контроля над всем является вполне объективным.
У тотального контроля есть недокументированные свойства, которые проявляются далеко не сразу. Одно из самых проблемных таких свойств – обрыв обратных связей. Система управления, ориентированная на тотальный контроль, не нуждается в обратных связях, любой критический сигнал воспринимает в качестве угрозы и делает всё, чтобы её ликвидировать. Следствием становится классическая картина – власть начинает управлять объектом, совершенно не понимая процессов, происходящих внутри него. И финал такого управления предугадать нетрудно.
Возвращаясь к курьерам. Контроль за их деятельностью можно организовать и иными способами – созданием саморегулирующихся механизмов, к примеру. Более эффективно и менее затратно для государства было бы создание внутренних структур этой отрасли по подобию профсоюзов или саморегулирующихся организаций. Но это – сложный путь, хотя и не в пример более эффективный, чем прямой контроль. А российская система управления сегодня просто перестала вытягивать сложные решения, она действует прямо и в лоб.
! Орфография и стилистика автора сохранены
