235 лет назад началась (по общепринятой хронологии) Великая Французская революция, а 230 лет назад она вошла в эпоху Термидора.
На исходе XVIII века народ прочно спаивался духовными скрепами. Преданность королю-отцу, праведная религиозность, послушание дворянству и духовенству, ненависть к британским "пиндосам" и пятой колонне просветителей — всё это было выше всяческих похвал. Династия мудро правила, бальи держали вертикаль, кюре восславляли порядок не хуже первого канала. "Французский мир" держал чернь под кнутом, соседей под штыком. В традициях великой монархии.
Но подорожал хлеб. Зазвучали голоса философов. И загорелись замки.
14 июля 1789 года парижское отрицалово брало штурмом Бастилию. "Великий страх", сотрясавший французских феодалов, королевских чиновников и придворных олигархов, прокатившись по провинции, накрыл столицу. "Это же бунт!" — воскликнул национальный лидер-монарх, удивлённый внезапным обвалом высочайшего рейтинга. "Нет, ваше величество, — возразил наиболее умный из чиновников. — Это не бунт. Это революция". Покорные ватники перестали быть узнаваемы, превратившись в неистовых санкюлотов. Как-то враз до всех дошло: дворянин, дорогу дровосеку! Разбойник оказался авторитетным вожаком, а шибко грамотный национальный предатель — вообще народным вождём.
Франция стала другой. Незыблемое государство перемололось в труху. Выяснилось, что это был ненавистный старый порядок. Некоторые, правда, очухивались только в телеге под санкюлотским конвоем. "Время, необходимое для обезвреживания врага свободы, не должно превышать времени, необходимого для его опознания". Бывает и так. Не доводили бы до греха.
В Украине в 2014-м всё было гораздо толерантнее. Хотя пришлось иметь дело и с "дворянским" врагом, и с Вандеей, и с интервенцией враждебной монархии. Но смысл тот же. Потому что по-другому просто не бывает. Закон истории реально для всех един. Единственный вопрос: когда и как?
Прошло пять лет, и опасность для революции возникла изнутри революции. "Верховное существо вселяет ужас в сердце тирана", — пафосно провозглашал Робеспьер. "Тебе-то это хорошо известно, тиран!" — кричали ему из толпы. Революционные власти взялись за собственные духовные скрепы. А за такие вещи полагалась гильотина в те славные нетолерантные времена. Люди, считавшиеся негодяями из негодяев — сами фамилии которых звучат как кликухи: Тальен, Фрерон, Баррас, Бурдон — взяли дело революции в свои руки и довели до конца. "Теперь торжествует свобода!" (Фрерон). Да, а свобода и шоколад не синонимы. Орудием прогресса и достоинства подчас выступают низкие.
Французам спасибо за модельный опыт.
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
