Как обычно в таких случаях, три типа реакции.
Первая, преобладающая – людей жалко. Она была всегда – и когда клеймили израильскую военщину, и когда вдруг выяснилось, что Израиль – образец в борьбе с террором. Точно так же за несколько десятилетий до этого происходила трансформация образа маршала Тито. Поэтому россияне стараются не вдаваться в политические подробности, а просто сочувствуют обычным людям, оказавшимся в беде. Им трудно поставить себя на место политиков, принимающих решения – а вот представить себе своих детей, пошедших на концерт и не вернувшихся с него, они с ужасом могут.
Есть одна важная деталь – такую позицию нельзя назвать полностью пацифистской. У нее есть один, но важный ограничитель – "мы всегда правы". Но на Ближнем Востоке наших для большинства россиян нет - родственники и знакомые, переехавшие в разное время в Израиль, есть все же у меньшинства, в основном из мегаполисов. И, кстати, попытки отождествлять с "нами" палестинцев вызывали скепсис даже в советское время.
Вторая реакция – симпатия в отношении Израиля. Она существует с 1948 года, но носит в основном достаточно локальный, интеллигентский характер. Этот образ Израиля многогранен и включает в себя и восприятие его как страны народа, пережившего трагедию Холокоста, и как части западного демократического мира, и высокую оценку экономических успехов - от сельского хозяйства до стартапов. А уважение к военным успехам распространяется за пределы интеллигенции и свойственно силовикам, активно поддерживающим миф о крутой и безжалостной стране, представляющей собой идеальный военный лагерь. В него, правда, не вписывается история с обменом капрала Шалита (и вообще тема ценности жизни гражданина), но на частности в мифах внимания не обращают.
Третья реакция тоже привычная – вопрос о том, чего в ней больше, проявившегося в очередной раз антисемитизма (который стараются заметать под ковер, а он при удобном случае появляется снова) или вошедшего в мейнстрим антизападничества. Скорее все-таки второго, так как Израиль воспринимается как часть Запада - нетрудно заметить, что этот же аргумент свойственен и симпатизантам Израиля, но используется с противоположным знаком.
Неприязнь к релокантам имеет советские корни – на фоне тогдашних уехавших или невозвращенцев, которым "государство много дало, а они оказались неблагодарными", советский человек, которому государство давало существенно меньше, поднимался в собственных глазах. "Меня царицей соблазняли, но не поддался я", - хотя бы никто на деле и не соблазнял ни царицей, ни даже заграницей.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
