В начале было Слово. Так начирается один канонический текст глубоко мне несимпатичного религиозного течения, именуемого постхристианством или савлианством. И дело даже не в том, что я атеист и считаю, что никакого бога нет совсем. Постхрисиманское вероучение представляется мне в принципе человеконенавистническим и унизитеьным для человеческого достоинства. Особенно в интерпретации схизматиков-православных с их "согрешивши, покаяться и опять согрешить".
Куда терпимее я отношусь к кальвинистской интерпретации постхоистианства. Невзирая на то, что "женевский папа" сжег на костре Сервета. Да, за это я бы его сам поджарил на медленном, а не на быстром огне. Вопреки ходатайствам всевозможных профкомов, указывающих на то, что приговоренный был примерным семьянином. Этому я учил свою маленькую дочь. Ты имеешь право дать папе в ухо, но это все равно твой папа. Сегодня моя выросшая дочь живет в Англии и не пытается дать мне в ухо. Но по политике спорит по полной программе.
Именно кальвинистская интерпретация постхристианства стала основой современной концепции прав человека. Однако я кардинально расхожусь с теми, кто называет основой современной западной цивилизации "иудео-христианство". Ее настоящая основа – античность. Греко-римская. И в первую очередь греческая. А не римская имперская. Коммунистическая утопия, нарисованная крупнейшим советским социальным философом иваном Ефремовым – это древние Афины, очищенные от рабовладения.
У античности сви "косяки". За Слово казнили Сократа. И все же само понятие свободы слова рождено античностью. И вся дальнейшая история может рассматриваться как борьба за свободу слова.
Россию называют страной словоцентричной. В России за слово сажали и убивали. В России за слово шли на Голгофу. Именно слово разорвало в клочья и империю Романовых, и СССР. Но постсоветская правящая элита сделала то, что не смогли, не захотели или не додумались сделать все прежние правящие элиты. Она провела радикальную девальвацию Слова.
"Слушай песню о самой страшной, самой твердой в мире валюте", – пел Александр Галич. Такой валютой в России было Слово. Постсоветская правящая элита обесценила Слово. Говорите, что хотите, а мы будем делать, что хотим. Ваши слова ни на что не влияют. Таков принцип нового "информационного авторитаризма".
Социальные катаклизмы 90-х породили огромный пласт людей, готовых защищать свои личные интересы самыми крайними срествами. Невзирая ни на законность, ни на мораль, ни на возможные последствия. В том числе и с оружием в руках. Все эти герои "Бандитского петербурга", "Бригады", "Бумера" и т.д. Они были готовы умирать и убивать. Но если бы вы предложили им умирать и убивать за Слово, они бы рассмеялись вам в лицо. Никто не пойдет умирать и убивать за Слово.
Но я верю в Путина. Верю в то, что он вернет цену Слова. Будущие исследователи разберутся в причинах. То ли режим увидел в Слове реальную угрозу. То ли у него отросла такая "сакральность", что любое поягательство на нее рассматривается уже как оскорбительное святотатство. Но цена Слова вернется. За Слово опять будут сажать и убивать. За Слово опять будут идти на Голгофу. Слушай песню о самой страшной, самой твердой в мире валюте…
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
