Грянула Крымская война — и финансы России рухнули

Русь никогда не была страной, богатой деньгами. Да, были меха, мед, воск, рабы, лес, но денег не было никогда. И сами не особо печатали (золотые монеты были донативны, ну, как медали давали за отличие в бою, например), и из-за границы особо не завозили. Торговля была меновой, дань и оброк платили тем же татарам, в основном пушниной. Пушнина и была основным источником внешних валютно-финансовых поступлений. С армией же расплачивались землёй. Налоги собирали "с дыма", то есть с домохозяйства — вне зависимости от доходности. Или брали налог с "сохи". При этом реальные размеры сей "сохи" на территории Руси неизвестны, ибо сохранились только новгородские налоговые документы. А на всей Руси как было — неясно. Как-то действовали беспредельщики-кормленцы, обирая народ и выплачивая легальную плату, почти аналог современного отката, князю за "кормленную грамоту". До поры до времени это устраивало немногочисленную русскую элиту. До XVII века.

В тот век самодур русский царь Алексей Михайлович влез в войну с Речью Посполитой за Украину и со Швецией за Ингерманданию и Карелу. А к тем временам армия у него была в основном наёмная, ибо русским войскам он не доверял. И правильно не доверял. Во время разинского восстания разбегались наши стрельцы, не желая защищать царя-отступника от веры отеческой (напоминаю, что Алексей Михайлович спровоцировал раскол русской церкви и уничтожение под нелепыми предлогами огромного числа раскольников, своих же подданных, то есть фактически вёл религиозную войну со своим народом). Реально защищали его только иностранцы. Причём не лучшие. Лучшие наёмники служили у папы римского, у короля Англии, Испании или Франции. В России служили отбросы. Для них построена была немецкая слобода, гнездо пьянства и разврата в центре Москвы. Им и платили огромные деньги. Они же нерачительно пользовали казённое оружие, которое изнашивалось очень быстро и требовало замены. А мушкеты, фузеи и бомбарды по тем временам мы в основном на Западе покупали, ибо отечественные пушки взрывались после третьего залпа.

Одним словом, нужны стали русскому царю деньги. Где их взять? Русский царь всегда знал, что "люди — наша новая нефть". Ну, про нефть он, допустим, не знал, но про то, что из людей надо выжать всё что можно — знал хорошо. И велел платить жалование русским служивым сословиям медяками, а налоги взымать серебром.

Результат — несоответствие курса серебряного и медного рубля, гиперинфляция и "медный бунт" 1662 года. В ходе бунта людей поубивали изрядно, но всё же отменили идиотскую систему оплаты службы медяками. Вернули серебряные деньги. А их, увы, было мало. И ринулись тогда русские в поисках аналога денег за тридевять земель, за "пушной рухлядью" в Сибирь и даже на Аляску. Именно на времена Алексея Михайловича приходится русский "напор на Восток". Пушнины отняли у местного сибирского населения море!

Э.Лисснер, "Медный бунт 1662 г."

Да вот незадача! В то же самое время англичане начали осваивать Северную Америку с её пушными запасами. И поставлять американские меха в Европу. И логистика поставок у них — английская, а у нас — российская. На логистике мы и проиграли. Ибо, пока из Тары или Сургута мы пушнину довезём до Архангельска, англичане свой канадский мех в Лондоне уже пять раз продадут и за новым поедут. Одним словом, выгнали нас с пушного рынка. Результат — в России полный упадок финансов.

Сын Алексея Михайловича, недоброй памяти Пётр Алексеевич, решил сдуру перехватить английскую торговлю с Индией, прорубить окно в Европу и окно в Персию и торговать с великой прибылью. Начал воевать и со шведами, и с персами для того. Но географии сей царь не знал, ибо неучем был. А потому провалил с экономической точки зрения и свой европейский проект, и свой персидский проект. Государство стало банкротом. Налоги взлетели до небес.

Драл Пётр за всё. Даже налог был на дёготь и на дубовые гробы. Российское население обнищало и стало абсолютно некредитоспособным.

Попытки изменить налоговую систему, провести подушную перепись и ввести подушный налог серьёзным финансовым успехом не увенчались, ибо ушлые россияне от переписи уклонялись. Смешно сказать — в огромной России переписчики насчитали всего 5 млн человек!

Преемники Петра просто наплевали на финансовую и налоговую систему государства. При Екатерине I собираемость налогов упала до 20%. Анна Иоанновна "бироновщину" ввела, сбор недоимок при помощи армии. Не помогло.

Пришедшая в России к власти немецкая принцесса София, известная нам как Екатерина II, решила задачу просто — с одной стороны, усилила невероятно крепостное право, ввела семидневную барщину, распахала часть целины, собрала огромный урожай зерновых, кинула его в Европу по демпинговым ценам, обрушила европейский хлебный рынок и "посадила" европейцев на российскую хлебную "иглу", тем самым найдя замену пушнины для бюджета страны.

Вместо меха мы стали гнать в Европу зерно.

С другой стороны — Екатерина взяла в долг у голландцев пять миллионов гульденов золотом и напечатала бумажные деньги. Сначала на сумму 80 млн рублей (разделите эту сумму на сумму госдолга — и получите реальную цену бумажного рубля), потом, после обесценивания этих денег, роста подделок (25-рублёвки переделывали в 75-рублёвки), после восстания Пугачёва, когда восставшие требовали не только остановить безумную барщину, но и прекратить хождение обесцененных бумажных денег, Екатерина в 1780 году старые купюры поменяла, но тут же напечатала новые на сумму 157 млн рублей.

Эти деньги уже ничем не были обеспечены, кроме доверия населения царице. Реально приравнивались к медякам.

При Александре I умные люди поняли, что дальше так продолжаться не может, и в 1810 году известный реформатор госсекретарь Михаил Сперанский разработал для царя по заказу штаба тогдашних перестройщиков из близкого к императору "негласного комитета" демократическую и современную XIX веку программу финансовых преобразований. Она называлась "План финансов".

Сей план предполагал: полное прекращение выпуска бумажных ассигнаций и постепенное изъятие из обращения старых денег, уменьшение денежной массы, увеличение всех налогов, снижение государственных расходов, отмену подушных податей и замену их подоходным налогом, обложение налогами лиц, пользующихся домашней прислугой, взимание пошлин с владельцев тягловой силы, переход от винных откупов к акцизам, расширение системы кредитов.

Из всего этого плана Александру больше всего понравилась идея повышения налогов.

И законами от 2 февраля 1810 года и 11 февраля 1812 года налоги были увеличены более чем в два раза. Подушная подать не была отменена, наоборот, повышена втрое! Акцизный сбор с соли увеличил её цену в полтора раза. Оброк вырос в полтора-два раза. Одно хорошо — был введен подоходный прогрессивный налог на доход помещиков с их земель. Лендлорды вынуждены были платить от 1% при доходе свыше 500 рублей в год до 10% при доходе выше 18 тысяч рублей в год.

Эти меры позволили на некоторое время стабилизировать бюджет России. Но только до начала серьёзных боевых действий русской армии, то есть до 1808 года. Потом грянула русско-шведско-английская война, потом "гроза двенадцатого года", зарубежный поход русской армии, короче — и так не очень "богатые" и совсем не полновесные российские деньги обесценились к концу правления Александра ещё в 4 раза!

Преемник Александра Николай I решил покончить с финансовым и налоговым беспределом в России. Для решения этой задачи он нашёл умного немца, выпускника Марбургского университета, графа Георга Людвига Канкрина. Злые языки уверяли, правда, что не немец он, а крещёный еврей. При этом Канкрин был не только человек учёный и автор нескольких трактатов по экономике, он был практик. Выдающийся снабженец! Генерал-интендант русской армии во время войны 1812–13 годов. Канкрин стал министром финансов ещё при Александре I в 1823 году, но развернуться смог только при Николае I.

Георг Людвиг (Егор Францевич) Канкрин

Что лежало в основе его представлений о финансовой системе?

Первое. Жёсткий протекционизм. Тариф 1822 года не давал возможности ввоза в Россию никаких товаров, аналоги которых производились на российской территории.

Второе. Усиление налогового гнёта. Десятикратный рост налогов.

Третье. Отсутствие расходов на крупные проекты. Канкрин был противником железнодорожного строительства и противником масштабного военного бюджета.

Четвёртое. Развитие горнорудного дела, расширение добычи золота и серебра.

Пятое. Обмен денег. Ассигнации были заменены кредитными билетами, обеспеченными серебром. Курс кредитных билетов был принудительный.

Шестое. "Пьяный" бюджет. Отмена госмонополии на спиртное и переход к системе откупов. Народ спаивали.

Седьмое. Акцизы на табак. При этом в табак тогда не раз и не два опиум и каннабис подмешивали. И это было легально. На наркоте русское правительство деньги делало.

Восьмое. Налогообложение иностранцев. Никаких поблажек иностранным торговцам!

Наконец, мы должны понимать, что деньги в России использовали далеко не все. Это был атрибут городской и дворянской жизни. Крестьяне обходились почти без денег.

Все эти меры, начатые в 1839 году, на некоторое время затормозили инфляцию и позволили даже ненадолго конвертировать рубль.

Но грянула Крымская война — и финансы России рухнули в очередной раз.

Дмитрий Левчик