Переохлажденная жидкость

У развязанного режимом террора против населения страны есть много разных сторон и следствий. Но у всех них есть одна общая черта.

Террор — попытка принудительно снизить социальную температуру. Добиться состояния переохлажденного общества. Простой пример — если вы поместите обычную, из-под крана, воду в морозилку — она просто замерзнет и бутылку с ней разорвет. Физику не обманешь — плотность льда меньше плотности воды, поэтому объем твердой фазы воды больше объема жидкой. Из школьного курса известно, что замерзшая вода рвет чугунные шары и трубы на раз (впрочем, это и не из школы известно — а из обычных наблюдений за отечественным ЖКХ).

Поэтому чтобы охладить, но не разорвать, из воды нужно удалить все без исключения центры кристаллизации — пузырьки воздуха, пылинки, загрязнения. Тогда чистая вода, помещенная в морозилку, может охладиться до температуры ниже точки замерзания, не переходя в твердую фазу — лёд. Возникает так называемая "переохлажденная жидкость".

И всё бы хорошо, но переохлажденная жидкость — штука крайне хрупкая в плане обращения с ней. Случайно встряхнул или стукнул бутылку об стол — мгновенная кристаллизация. Центром кристаллизации в таком случае становятся локальные микроскопические флуктуации в плотности воды, возникающие от удара. Микро-ударная волна от стенки бутылки буквально чуть-чуть сжимает воду — и получите-распишитесь.

И сделать с этим нельзя ничего.

С социальной системой, которую принудительно переохладили, происходит то же самое. Террором можно удалить все "загрязнения" - всех этих оппозиционеров, бунтарей и вообще просто умных людей. Посадить, выгнать из страны, убить. Зачистить пространство. Организованный террор вполне с этим справляется.

Правда, здесь есть небольшая засада. Проводилось бессчетное число самых разных экспериментов (в основном на всяких лабораторных мышках). Суть экспериментов примерно следующая: в любом социуме всегда существует разделение по типам поведения, мышления, привычкам и множеству разных признаков. Ну, к примеру, на агрессоров, эмпатов и равнодушных. В мышином сообществе такое разделение тоже есть. Можно удалить всех агрессоров. Или всех эмпатов. Или тех и других вместе. Через некоторое время они появятся снова — из числа оставшихся. Просто потому, что каждый тип поведения несет в себе социальную функцию, крайне необходимую для выживания социума. Природа всегда создает разнообразие и немедленно его балансирует.

Поэтому гестапо может бесконечно сажать и убивать людей, которые желают странного — в первую очередь правды и справедливости. Но они будут возникать снова и снова. И с этим ничего не поделаешь.

Однако террор может поддерживать состояние переохлажденного общества теоретически бесконечно. Удаление недовольных и жаждущих справедливости для заточенной на террор государственной машины — вопрос сугубо технический. И в этом смысле Путин, безусловно, вправе надеяться на то, что ему удастся замордовать народ до состояния, в котором он может править вечно, не опасаясь бунта черни.

Но природа (для человеческого социума ее аналогом выступает история) — дама упорная. Она не может допустить существование несбалансированной системы, это против всех правил. Какое-то время — не вопрос. Флуктуации даже полезны. Террористическое фашистское государство вроде России Путина — штука нужная для мировой истории хотя бы для того, чтобы показать всем остальным — не делайте так. Не повторяйте в домашних условиях, не то станете такими же идиотами. Но когда вред начинает превышать пользу, принцип Ле-Шательё-Брауна включает механизм обратного движения. И как бы ни старался Путин задавить страну, квашня все равно вылезет через какую-нибудь дырку.

Террор ничего не может сделать с правящей кастой. Террор — это механизм, работающий в управляемом объекте. Для управляющего контура он непригоден, хотя, конечно, если потребуется — то любого вельможу можно взять и посадить. А скорее — просто убить, так надежнее и вернее. Но в любом случае террор как инструмент управления в элитной касте работает совершенно иначе хотя бы потому, что это её инструмент управления. Именно она создает рамки и условия для его функционирования.

Страна, задавленная террором, не способна к развитию. Она способна только к сохранению застывшего положения. Развитие — это всегда риски, это всегда несбалансированные противоречия, это всегда кризисы разной величины, преодолевая которые система и развивается. Для переохлажденного социума это невозможно, единственной задачей управляющего контура становится поддержания минусовой температуры. А значит — тотальная зачистка любых противоречий и кризисов. Какое уж тут развитие.

Социум, который не развивается, деградирует. Вариантов нет: чтобы оставаться на месте, нужно быстро бежать вперед. Это еще Алисе из Страны Чудес поведала Королева. И была абсолютно права.

Что означает деградация? Это отрицательное развитие (у нас любят такие иносказания — "отрицательный рост", к примеру). Но любое развитие — что положительное, что отрицательное — это всегда противоречия. И развитие, и деградация всегда происходят неравномерно. Эти неравномерности и являются источниками противоречий. И опять же — с этим ничего поделать нельзя. Террор может принудительно убирать противоречия в управляемом объекте — обществе. Но для ликвидации противоречий и кризисов внутри элиты он непригоден. Он не для этого.

Чем сильнее и быстрее идет деградация, тем менее устойчивой становится "бутылка" в самой важной ее части — в правящей касте. И рано или поздно, но колебания "бутылки" из-за кризиса деградации попросту уронят ее, она стукнется об стол — и тогда уже ничего не сможет помешать переохлажденной воде мгновенно замерзнуть по всему объему. Стекло лопнет — бутылка расколется. Произойдет катастрофа.

Террор именно поэтому исторически обречен. У него нет исторической перспективы. Пытаясь задавить общество, главный террорист создаст условия для катастрофы в элитной среде, а эта катастрофа немедленно индуцирует катастрофу во всем социуме. И это непреложный закон развития. Ни одно террористическое государство не продемонстрировало устойчивого существования сколь-либо продолжительное время. Всегда находилась причина, по которой наступала катастрофа. И чем сильнее террор — тем быстрее она наступала.

Но всегда находится очередной выпускник очередных подворотен, который с упорством клинического идиота будет снова и снова пытаться выстроить неустойчивое общество и государство. В полной уверенности, что у него-то точно всё получится. Это другие ничего не умеют и не могут, а я-то — галактический гений. Мне все вокруг об этом говорят. Миллион мух ведь не могут ошибаться.

Мюрид Эль

Livejournal

! Орфография и стилистика автора сохранены