В нашей стране действительно установлен и действует с согласия значительной части населения внутренний оккупационный режим. События 23, 31 января и 2 февраля это наглядно показали.
С оккупационным режимом можно и предстоит бороться всем, кто больше не хочет его принимать и поддерживать. Бороться разными методами и средствами. Какими именно, определят люди и время. Как и многие, предпочитаю и поддерживаю только ненасильственные методы.
Но исходить я теперь буду из того, что это действительно оккупационный режим и отношение у меня к нему — ко всем заявлениям Путина, Пескова, Володина, Матвиенко, Мишустина и т.д. — соответствующее — как к оккупантам. И руководство МВД, и полицейские генералы, и разгоняющие и избивающие протестующих омоновцы, и руководители прокуратуры и СК, и члены Конституционного суда, и члены Госдумы и Совета Федерации, и высокопоставленные чиновники в Кремле и на местах — все они функционеры ОККУПАЦИОННОГО РЕЖИМА, созданного ими в России.
Понятия и слова, посредством которых публицисты, политики, СМИ описывают существующую в нашей стране ситуацию, чрезвычайно значимы для нас. Через призму разных понятий мы по-разному воспринимаем ситуацию, в которой существуем, и у нас возникает разное отношение к ней.
Одно дело — полагать и называть режим авторитарным, автократическим, недемократическим — все это как бы его изъяны, которые можно и нужно стремиться исправить. Совершенно другое дело — понять и сказать себе, что "путинский режим" — это режим оккупации России, осуществляемый не из-за границы, а изнутри (примерно так в теле человека растет раковая опухоль), что оккупацию населения со всеми вытекающими из этого последствиями — выкачиванием и вывозом из страны и распределением среди оккупантов львиной доли национальных ресурсов, жестким контролем над СМИ и т.д. и т.п. — осуществляют силовики и функционеры властных структур высшего и среднего уровня (выше я назвал ряд этих структур).
Если признать существующий в России режим внутриоккупационным, то всё, чему мы продолжаем удивляться и о чём искренне негодуем, — огромное и всё растущее в стране число силовиков, фактической запрет на митинги и демонстрации, огромная жестокость при их разгоне, тысячи задержанных и массовые административные аресты, обыски у мирных гражданских активистов, жестокие и неправосудные приговоры к лишению свободы на много лет за "пластиковый стаканчик", массовый отказ в регистрации оппозиционных кандидатов в депутаты на выборах в течение многих последних лет, многократный отказ в регистрации оппозиционной партии, создававшейся Алексеем Навальным, работающая в режиме "бешеного принтера" Госдума, непрерывно выпускающая репрессивные законы, даже издевательское и нелегитимное голосование по новой усиливающей полномочия президента Конституции т.д. и т.п. — является ЕСТЕСТВЕННЫМ И НЕОБХОДИМЫМ проявлением сути внутриоккупационного режима.
Но ведь можно, наверное, — и так пишут и говорят сегодня авторитетные российские политологи, оппозиционные публицисты и политики — сказать, что все вышеперечисленное и многое другое — это проявления авторитарного, недемократического режима? И правильно ли и с какой целью определять его как внутриоккупационный?
Чтобы ответить, приведу в качестве некоторой аналогии существование внутриоккупационного режима маршала Петена на части территории Франции во время Второй мировой войны. Прекрасно знаю, что тот режим всегда называли и называют "коллаборационистским", и это совершенно правильно в связи с сотрудничеством режима Виши (по названию города, в котором находилось правительство Петена) с Гитлером. Но по отношению к населению подчинявшейся ему части Франции режим Виши можно определить и как внутриоккупационный, поскольку осуществлялся он не немецкими, а французскими функционерами и французской жандармерией.
Имеет ли рассуждение о понимании и признании "путинского режима" внутриоккупационным смысл и какое-то практическое значение? По-моему, имеет.
Представьте себе, что вы живете в своей стране под оккупацией. И просто подумайте, как вы будете относиться к оккупантам — будь то французы, немцы или свои русские функционеры?
Прежде всего, живя под оккупацией, нужно работать и кормить себя и семью. Для этого нужно иметь работу в бюджетных учреждениях или заниматься бизнесом. Нужно продолжать учебу в школах и вузах и преподавать тем, кто в них учится. Нужно лечить людей. Можно и нужно заниматься исследованиями (так, кстати, поступал в гитлеровской Германии знаменитый русский ученый-генетик Тимофеев-Ресовский, сын которого был в антигитлеровском "Сопротивлении" и был арестован гестапо). Можно и хочется ходить в театры и на выставки и можно и нужно ставить в театрах пьесы, делать выставки, издавать книги и т.д. и т.п. Хочется любить и рожать детей.
Но рассудите, считая и понимая, что власть в России оккупационная (точнее, внутриоккупационная), как вы лично будете к ней относиться и заниматься всем перечисленным? Думаю, вы будете чувствовать и понимать, что с оккупационной властью можно иметь дело, только пребывая все время настороже, не доверять ей, стараться оккупационную власть ничем не поддерживать и не уступать оккупантам ни пяди своей души.
Конечно, с оккупантами страны можно и приходится вступать в отношения и переговоры и временные соглашения, чтобы обеспечить свою жизнь и жизнь в стране (магазины, транспорт, почта, больницы, школы и все остальное, что необходимо для жизни), но при этом функционеров-оккупантов следует признавать в роли не законных, а оккупационных властей.
И мне кажется, что те люди, кто считает "путинский режим" оккупационным, будут хотеть не только того, чтобы оккупанты ушли и отказались от власти, но и того, чтобы вместо них во власть — в правительство, в Думу, в городские думы и мэрии, в прокуратуру, суды, полицию и т.д. — на смену функционерам-оккупантам пришли не коллаборационисты. Даже участвуя и работая в органах оккупационной власти, чтобы помогать людям (такие примеры были во время войны и есть сейчас), те оппозиционеры, кто там работают или стремятся туда попасть, по идее должны понимать, что они работают во временной, оккупационной власти и что их задача служить не власти, а по-честному решать вопросы жизни людей.
То же самое касается участия в выборах. Оппозиционерам можно участвовать в выборах в органы оккупационной власти, чтобы ослабить, а не укрепить эту власть и по возможности улучшить условия жизни людей. Но при этом та же Мосгордума и мэрия Москвы являются для меня органами по сути оккупационной власти. Считать её законной, а не оккупационной я не могу, и усилия нескольких демократических депутатов Мосгордумы и каких-то честно, самоотверженно и умно работающих сотрудников мэрии (созданная ими система МФЦ замечательна), хотя и очень нужны, никак не меняют и не могут изменить природу существующего сегодня в России режима.
Жить в условиях оккупационного режима можно по-разному, но помнить о том, что он оккупационный, надо всегда!
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
