Сегодня я прилетел в Москву из Токио. Практически последним рейсом "Аэрофлота" перед закрытием границ.
Конечно, я следил за всем происходящим в России и в мире — имею в виду коронавирус. Про то, как в Японии научились (и привыкли) справляться с трудностями, — это отдельный разговор. Одна только деталь: школы у них уже открылись.
В общем, я был готов к тому, что, вернувшись, я неизбежно стану сравнивать — как решают проблему коронавируса в Японии и как решаем мы. Не был я готов только к одному: что обстоятельства поставят меня перед необходимостью такого сравнения сразу же, в лоб, без раскачки.
Приземлившись, мы почти час сидели в самолете, ждали врача, который должен будет измерить температуру всем пассажирам. Сейчас в московские аэропорты прибывает самолетов раз в десять меньше, чем обычно, но — хорошо, готов понять: врачи перегружены, устали.
Когда через сорок минут сидения в душном самолете в салоне наконец появился человек с тепловизором, думаю, у всех нас температура была выше нормы.
Пока мы сидели в самолете, все заполнили анкеты — какие-то обычные данные: ФИО, паспорт, откуда-куда-зачем. Все понятно и все правильно. Единственное — потом выясняется, что эти анкеты никому не нужны. Ни на паспортном контроле, ни на таможне — никто не мог ответить на вопрос: куда сдавать-то, кто у нас заберет эти бумажки?
Так, с анкетами в руках мы прошли таможню и паспортный контроль — и попали в филиал ада на земле. Потому что мы оказались в какой-то зоне, куда собирают всех подряд — взрослых, детей, стариков и инвалидов, транзитных пассажиров и таких, как я, вернувшихся на родину. Все оказались в одной куче, в одной плотной толпе. Какое там — метр расстояния между людьми, о чем вы!
Оказалось, что это что-то вроде санпропускника: тебя снова встречают врачи в масках, которые меряют тебе температуру. Снова!
Зачем было ждать час в самолете на летном поле — задаваться этим вопросом уже поздно. Зачем было заполнять анкету — непонятно: у врачей она вызывает не больше интереса, чем минутой раньше у таможенников. Зато выясняется, что надо заполнить другую анкету. Новую. Рядом на каком-то столе свалена огромная куча каких-то бумажек — это и есть те самые, новые, правильные анкеты.
Ни о какой организации людских потоков речи не идет.
Дети плачут, люди взвинчены до предела — полный бедлам. Кто как может, тот так сквозь этот кордон и прорывается. Подошел к врачам, говорю — пожалуйста, передайте руководству, что от этого бардака тут и здоровые заболеют; я уже не говорю об угрозе элементарно подхватить вирус в толпе пассажиров.
— Некому передать, — отвечают мне эти уставшие люди.
Я попытался найти кого-то, кому можно было бы передать мои пожелания, — никого. Никого из начальства. Одни "рядовые". Простые врачи-труженики, собирающие никому не нужные анкеты и измеряющие температуру тысячам прилетевших.
Сразу скажу: полностью согласен с тем, что карантин нужен. Это доказал Китай, я видел, как это работает в Японии. Я вижу, во что превращается карантин у нас. Поэтому я обращаюсь публично к тем людям, которые принимают решения: я готов стать волонтером и — обещаю — за день наведу порядок на прилете в московских международных аэропортах. Я серьезно. Дайте только мне какую-нибудь бумажку — "окончательную, фактическую", чтобы у меня были нужные полномочия. Ситуация чрезвычайная — так и решения нужны соответствующие. Хотя, в общем, это не так уж сложно — помочь людям, направить их куда нужно.
Давайте поможем друг другу.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
