Дело Дрейфуса в течение 12 лет, с 1894 по 1906 год, держало Францию в состоянии невероятного возбуждения и раскололо страну на дрейфусаров и антидрейфусаров. Офицер Альфред Дрейфус был евреем и выходцем из Эльзаса — два фактора, уже вызывавшие подозрение в тогдашней Франции. В результате, когда он был арестован по подозрению в шпионаже и передаче секретных документов немецкой разведке, большая часть Франции была уверена, что обвинение соответствует действительности.
Вообще-то, большая часть Франции быстро забыла бы о том, что какого-то офицеришку отправили в Кайенну на каторгу с пожизненным сроком. Сначала это волновало только родственников заключенного, которые превратились в настоящих изгоев. Как вспоминал брат Дрейфуса Матье, "казалось, мы были отрезаны от мира живых".
А потом дело приобрело огласку. Первым журналистом, выступившим в защиту Дрейфуса, был анархист Бернар Лазар, в 1896 году опубликовавший в Брюсселе брошюру "Дело Дрейфуса — злоупотребление юстицией", где он подробно разбирал и опровергал все доводы обвинения. Эту брошюру мало кто прочел, но вскоре к действиям Матье Дрейфуса и Бернара Лазара присоединились многие интеллектуалы того времени.
Было ясно, что высокопоставленные армейские чины покрывают истинного шпиона и сделали "чужака" Дрейфуса козлом отпущения. В либеральной прессе появлялись все новые и новые статьи дрейфусаров. Антидрейфусары тоже не дремали. Их вождем стал Эдуард Дрюмон, основавший в 1889 году Французскую антисемитскую лигу, а в 1892 — мерзкую, но невероятно популярную газетенку, носившую гордое название "Свободное слово". Дрюмон изображал из себя человека, "режущего правду-матку", и с упоением разоблачал скандалы. Дело Дрейфуса стало его звездным часом — статьи о том, как "христопродавцы" теперь еще продают французские военные секреты, читали во всех уголках Франции — бывало, что они провоцировали еврейские погромы.
Дрейфусарская пресса, однако, продолжала борьбу. Уже через несколько лет после первого процесса, во-первых, появился полковник Пикар, утверждавший, что Дрейфус невиновен. Во-вторых, подозрения пали на майора Эстергази, венгерского аристократа на французской службе. И снова вмешались газеты — во влиятельной "Фигаро" опубликовали воспроизведение бордеро — того самого документа, копию которого якобы Дрейфус передал немцам. Банкир Кастро, дававший деньги в долг Эстергази, узнал его почерк.
В это же время полковник Анри подделал документы, якобы доказывавшие вину Дрейфуса. Дрюмон с восторгом сообщил об этом в своей газете. А зато журналист Жозеф Рейнак в газете "Сьекль" доказывал, что документы Анри — это подделка и постоянно призывал к пересмотру дела Дрейфуса. На Рейнака сразу же обрушились с другой стороны, мол, понятно, еврей защищает еврея. Его статьи стоили ему потери места в Палате депутатов, но он продолжал писать.
Публикации Рейнака произвели сильное впечатление на сенатора Огюста Шерера-Кестнера, который сначала был убежден в виновности Дрейфуса, а затем стал его пылким защитником. Это ему бывшая возлюбленная Эстергази передала письма майора, из которых стало ясно, какую жгучую ненависть этот офицер французской армии испытывал… к Франции. Шерер-Кестнер опубликовал дикие письма Эстергази в "Фигаро", поддерживал журналистов-дрейфусаров и сам выступил с открытым письмом в поддержку невинно осужденного. Он попытался поставить в Сенате вопрос о реабилитации Дрейфуса, но его предложение получило только 80 голосов из 229.
В 1898 году военный министр Кавеньяк, который, вообще-то, тоже считал Дрейфуса виновным, принялся, в какой-то мере под влиянием прессы, изучать его досье — и понял, что документы, представленные полковником Анри — фальшивка. Анри был арестован и покончил с собой.
"Свободное слово" тут же заявило, что Анри совершил "патриотический подлог". Начался сбор денег в пользу его семьи. Дрюмон в каждом номере публиковал сообщения о том, что поступили полфранка "от кухарки, которая хотела бы сжечь всех евреев в своей печи", 5 франков "от викария, жаждущего уничтожить всех евреев и масонов", один франк от "маленького викария, мечтающего спеть реквием по последнему еврею в мире". Собрали, между прочим, 131 тысячу франков — очень большую сумму. В это же время "Газетт де Франс" назвала Анри человеком, "героически служившим важнейшим интересам государства".
И тут на сцене появляется Эмиль Золя, который печатает в газете "Орор" ("Заря"!) свое знаменитое открытое письмо президенту республики — "Я обвиняю". ( Кстати, похоже, что эти слова он заимствовал из брошюры Бернара Лазара, — ничто не пропадает бесследно в этом мире). Он доказывал невиновность Дрейфуса и виновность Эстергази, заявил, что следствие было проведено неправильно и армия скрывает важные доказательства. "Правды — вот всё, чего я жажду страстно ради человечества, столько страдавшего и заслужившего право на счастье. Негодующие строки моего послания — вопль души моей. Пусть же дерзнут вызвать меня в суд присяжных и пусть разбирательство состоится при широко открытых дверях!"
Золя действительно судили, приговорили за "ложь и клевету" к году тюрьмы и лишили ордена Почетного легиона. Писатель бежал в Англию и продолжал там выступать в защиту Дрейфуса. В 1902 году, уже после возвращения в Париж, он умер, задохнувшись дымом от неправильно протоптанной печки. В 1953 году были опубликованы признания некоего трубочиста, который якобы специально заблокировал дымоход, чтобы убить писателя. Правда или нет, неизвестно.
В 1899 году Дрейфуса вернули во Францию, снова судили, опять признали виновным, приговорили ь к 10 годам каторги, но президент его помиловал. Борьба за его честное имя, против всесилия армии и спецслужб продолжалась еще долго — его полностью реабилитировали и вернули в армию только в 1906 году.
Влияние дела Дрейфуса на Францию и весь мир так велико, что все и не перечислить. Но точно ясно — газетные публикации, как дрейфусарские, так и антидрейфусарские, сыграли огромную роль в том, как разворачивалась эта страшная история.
Наверное, об этом стоит помнить всем журналистам, прежде, чем они начнут получать денежные пожертвования от "маленьких викариев" и совсем погубят свое когда-то доброе имя.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
