30 лет назад в шахматном королевстве сменился король. На мировой шахматный трон взошел человек, для которого шахматы, где он был и остается гением, не стали единственной сферой приложения усилий. Его гений оказался больше и шире шахматного мира.
Но если на шахматной доске этому Моцарту иногда противостояли Сальери, с которыми он научился справляться, то за пределами шахмат его поджидала сплоченная и организованная армия Шариковых и Швондеров.
В российской политике не играют по правилам, здесь принято воровать фигуры с доски, а чаще сразу переворачивают доску и бьют ею по голове. Но Гарри Каспаров продолжает свой безлимитный поединок. Для того, чтобы в жизни, как и в шахматах, появились правила и успех приходил к тем, кто талантлив и честен.
Отрывки из послесловия к книге "Безлимитный поединок", вышедшей в 1989 году:
Выиграв 9 ноября 1985 года свою самую главную шахматную партию, я не подозревал, что жизнь логически вовлечет меня в противоборство общественных сил, начало которому положила перестройка. Это борьба не просто за справедливость в шахматах, это борьба за ценности куда более важные — общечеловеческие. Они имеют особое значение для нашей страны, потому что впрямую связаны с теми поистине историческими переменами, которые сейчас у нас происходят. Я — дитя этих перемен, так как принадлежу к левому крылу общества и по убеждениям, и по судьбе. По убеждениям — потому что я никогда не мог принять царившую у нас авторитарную идеологию. По судьбе — ибо только перемены в стране позволили мне преодолеть многочисленные барьеры, воздвигавшиеся на моем пути к мировому первенству.
Мое гражданское становление прошло в условиях административной системы, высшим смыслом которой, казалось, было подавлять в человеке личность. Мне удалось выстоять. Естественно, не обошлось без компромиссов, без каких-то потерь. Бессмысленно это отрицать. Мои противники беззастенчиво использовали всю мощь аппарата, и мне, чтобы не быть раздавленным, приходилось искать влиятельной поддержки.
Серьезное испытание ожидало меня, когда я завоевал титул чемпиона мира и передо мной открылись многие двери. Чиновники полагали, что произойдет просто смена декораций на шахматном Олимпе. Но я понимал: под покровительством системы свобода самовыражения мне будет предоставлена лишь на шахматной доске. Пойти на это — значило изменить самому себе. Давно известно: свобода — не то, что тебе дали, а то, что у тебя нельзя отнять!
1987 год я считаю переломным в своей жизни. Публикация на Западе книги "Дитя перемен" и последовавший затем разрыв с Госкомспортом, по сути, определили мои отношения с системой.
К сожалению, многолетняя война шахматного официоза против претендента, а затем чемпиона мира Каспарова — многократно измененные и все равно нарушенные правила соревнований, четыре (!) матча на первенство мира за три года, — вся эта неприглядная действительность, ставшая частью новейшей шахматной истории, до сих пор не получила должной оценки. Бюрократический аппарат все еще силен, в его руках государственные миллионы, которыми он может распоряжаться по своему усмотрению, за ним дух и идеология административной системы, основанной на подавлении всякого свободомыслия.
Шахматы, как и весь остальной спорт, часть этой системы, поэтому неудивительно, что долгие годы они находились под бюрократическим гнетом и ни о какой демократии, ни о какой свободе мнений не могло быть и речи. Многие шахматисты испытали на себе всю безжалостность этой машины. Десятки советских шахматистов, оказавшихся за пределами своей родины, — это тоже показатель того, что в нашем шахматном доме уже давно что-то не в порядке.
Начиная работать над книгой "Дитя перемен", я считал, что завершение борьбы за титул чемпиона мира означает завершение борьбы на всем шахматном фронте. Раньше так и было. Чемпион автоматически получал королевские полномочия, его мнение по важнейшим вопросам становилось определяющим. Посягнув на основы сложившейся в шахматах системы управления, я сам себя лишил чемпионской "неприкосновенности". Но, правда, только себя.
Я не жалею о том, что лишился этой сомнительной чемпионской привилегии. Уверен: борьба за демократические ценности несовместима с диктатом кого бы то ни было!
Многие недоумевают: зачем я продолжаю эту изнурительную борьбу? Зачем рискую? Молод, материально обеспечен, достиг вершины в своей профессии! Чего еще? В какой-то момент — после четвертого матча — я тоже подумал: все, война закончилась. Это была иллюзия. Закончился лишь определенный этап моей жизни. И каждый раз, перерастая очередную проблему, побеждая очередного противника, я видел, что главные сражения еще впереди. Когда-то за Управлением шахмат я не видел бюрократов ФИДЕ, за Кампоманесом — чиновников Госкомспорта… Сегодня я свободен от иллюзий. И мог бы повторить слова одного из любимых героев Хемингуэя: "Впереди пятьдесят лет необъявленных войн, и я подписал договор на весь срок".
Мой безлимитный поединок…
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
