Празднование…

Несмотря на все старания, в прочтении, казалось бы, неоспоримых фактов истории, разночтения остаются. В последнее время они опять всё чаще перерастают в непримиримые противоречия. Стараниями политиканов и пропагандистов активно ищутся скелеты в чужих шкафах, но всячески скрываются в своих. Гражданам, говоря эзоповым языком, внушается: "За деревьями леса нет".

Есть два названия: Вторая Мировая Война и Великая Отечественная Война. Сроки первой очевидны и неоспоримы во всём мире, начало 1 сентября 1939, конец для большинства — май 1945, хотя юридически точнее — сентябрь 1945 года, когда закончились боевые действия на Востоке и капитулировала последняя из стран Оси — Императорская Япония. Правда, с началом есть объективные разночтения. Слава Богу, неоспоримые. СССР вступил в войну не 1 сентября, а 17 сентября. Да, да, именно 17 сентября 1939, а не 22 июня 1941 года для многих в СССР и по его границам началась мировая война! Другое дело, что 22 июня 1941 года она стала всенародной, опалив своим горем и разрушением большинство регионов СССР. С концом проще. В силу разницы часовых поясов у большинства в Европе и Мире на часах было ещё 8 мая, а у граждан СССР уже наступило 9 мая. В Советское время данную коллизию мир, точнее страны, участвовавшие в мировой войне, делили по политическому принципу — страны советского блока праздновали 9 мая, остальные 8 мая.

Празднование происходило по-разному. Где-то, так же как с ритуалом празднования окончания Первой мировой войны — это было прежде всего поминовение тех, кто отдал свои жизни вольно или невольно на полях сражений или в более или менее удалённой прифронтовой зоне. Увы, стараниями технического прогресса в войнах ХХ века она стала охватывать практически всё пространство континентов и океанских просторов. В других, особенно после наконец состоявшегося в 1965 году (через 20 лет!) установления в СССР праздника с праздничными, нерабочими днями, оно выливалось в военные парады, должные демонстрировать не столько военную технику времён войны, сколько военное превосходство в современном мире. Последняя тенденция настойчиво продолжается в нынешней России все последние 15 лет. Это лучшая иллюстрация духа возрождения военной истерии. Другой "духовной скрепы" руководство страны населению предложить оказалось неспособным.

Можно ли что-то сделать с этим? Думается, без изменения ментальности населения страны и настроений руководства ничего изменить нельзя. Чувства скорби и осознания чудовищности любой войны подменяются возгласами и салютами. Война продолжает ассоциироваться с победой, с завоеванием, а не с горем и потерями. Именно поэтому самым важным для страны являются парады, а не громогласно провозглашаемые регулярно, но реально неисполняемые и не планируемые к исполнению шаги по улучшению жизни совсем немногих реальных ветеранов войны. Бюджетных средств, не говоря уж о привлечённых деньгах, вполне могло хватить как минимум на год серьёзного изменения состояния жизни семей ветеранов, но, повторюсь, в этом нет государственной задачи. Власть ограничивается медийными персонажами, переходящими со слезами умиления властью с канала на канал и со страницы на страницу подвластных изданий. Большинство же безымянных, реальных участников той войны в это время продолжают влачить жалкое существование, да именно это жёсткое слово — "существование", а не нормальное через 70 лет после окончания войны обеспеченное, в том числе и прежде всего государством, условие их жизни. Говорить об этом можно бесконечно, но думаю, что стоит поставить точку. Без изменений в стране всё останется по прежнему.

В 80-е годы власть СССР девальвировала понятие ветерана и участника той, пока ещё остающейся самой страшной и жестокой мировой войны. Ветераны были приравнены по льготам и почёту к участникам войны в Афганистане. Нельзя сказать, что это были первые шаги к разрушению символа освободителя и победителя. Символу, который заслужили как минимум 8 миллионами прямых военных потерь оставшихся на полях сражений Второй мировой войны солдат и офицеров Красной армии. Армии, которая приняла на свои плечи максимальную военную нагрузку. Власть, посылая танки на усмирение стремления к свободе народов Европы в Будапеште 1956-го, в Праге 1968-го, уже дискредитировала отношение к символам той армии. В родном Новочеркасске в 1962 году, отдав приказ стрелять в безоружных детей, женщин, рабочих, она, коммунистическая власть, расстреливала память той войны. Однако основной процесс окончательной дискредитации начался именно с афганской авантюры СССР. Нельзя оккупацию приравнивать к освобождению. В пропагандистском угаре бывает, но в трезвом сознании свободных людей — никогда.

Власть продолжила процесс разрушения и фальсификации исторической памяти истории в нарастающем, пропагандистском раже современного стремления доказать своё величие. Придуманная Владиславом Сурковым (в бытность его зам. руководителя администрации Президента РФ, курирующим внутреннюю политику) или кем-то из его подчинённых "георгиевская ленточка" — являлась одной из таких дискредитаций памяти о Второй Мировой Войне. Почему? Напомню. Всё очевидно и просто. В период войны Сталин (руководивший страной и армией), стараясь мобилизовать народы СССР на подвиг сопротивления, вынужден был отказаться от многих идеологических нововведений первых лет советской власти. Поэтапно было возрождено значение русской православной церкви и патриаршества, введены ордена совсем несоветских героев Невского, Суворова, Ушакова, Нахимова. Возрождены погоны. Военная форма приобрела вид близкий к форме русской армии периода Первой мировой войны, но вернуть георгиевский крест власть не решилась. Возможно, в связи с тем, что помнила — как баржами истребляла георгиевских кавалеров, не принимавших её произвола, но, скорее всего, даже не из исторических опасений, а из реальностей текущего дня. Большинство георгиевских кавалеров, ещё живых в середине ХХ века, воевали против большевизма, т.е. на стороне армий стран Оси. Немало их было во Власовской армии, в других военных формированиях, в том числе и в казацких. В противовес этому даже в биографиях "маршалов победы" в СССР долгие годы не указывалось, что некоторые имели георгиевские кресты за Первую мировую войну. Именно поэтому вместо самого почётного и славного креста Георгиевского кавалера был придуман орден Славы, в ленточке которого использовались цвета георгиевского креста. Придумай нынешняя российская власть "ленточку славы", никаких проблем бы не было, но в целях сотворения "скреп", т.е. фальсификации истории, ленточку назвали "георгиевской". Результат — как пример, на одной из лекций от студентки, отличницы, владеющей свободно и интернетом и тремя европейскими языками, автор статьи услышал утверждение: "Георгиевская ленточка" — это ленточка звезды Героя Советского Союза" — вот так сочиняется и коверкается история. Объяснять, насколько дискредитировано, боюсь, что уже окончательно, понятие "георгиевская ленточка" использованием её символа террористическими сепаратистскими силами, дестабилизирующими мир на востоке Украины и в Крыму, тем, кто понимает, что к чему, не надо. Остальным, одурманенным пропагандой, — бессмысленно.

Парады, салюты — всё это возможно, возможно даже нужно, но без этой истерии, навязываемой стране и миру. Без многомиллионных трат из бюджета страны с находящейся далеко не в лучшем состоянии экономикой. Нельзя устраивать "танцы на костях". Мы живём в ХХI веке, и пора избавляться от рудиментов первобытного состояния. Даже время военного паритета сдерживания ушло в историю — сегодня построена единая Европа. Пусть тяжело, но продолжается строительство мира разума и человека, а не войны. Экономические войны, не совсем бескровные, но, безусловно, более гуманные, сменяют географические, кровопролитные. Цивилизованный мир в большинстве это понимает, может быть и самой большой стране, и её гражданам пора усвоить новые правила.

P.S. А как же праздновать? Помнить о прямых жертвах, и ещё более — непрямых, гражданских, которые своими жизнями и здоровьем заплатили за нашу жизнь. Помнить об этих жертвах, скорбеть и помнить. И обязательно не забывать о тех политиканах, которые в угоду своим идеям привели мир к этому горю. Помнить, чтобы не повторять ошибок.

Григорий Амнуэль