Право на конфликт

В чем Минкультуры видит проблему в связи со спектаклем "Тангейзер"? В том, что некоторые зрители и РПЦ воспринимают некоторые сцены спектакля "Тангейзер" в Новосибирском театре как оскорбительные с точки зрения их религиозных убеждений? Это не проблема для театра, это, в принципе, нормальная ситуация для такого разнородного общества, как наше. У оскорбленных спектаклем по указанной причине людей есть право обратиться в суд с гражданским иском к театру о возмещении им морального ущерба. Подчеркиваю, с гражданским. В нормальном суде верующие проиграют, потому что в нашем законодательстве запрещены действия, воспринимаемые верующими как оскорбительные только при условии, что эти действия совершаются вблизи мест религиозного почитания. Территория театра таким местом не является. В нашем же суде верующие выиграют, потому что суд руководствуется не законом, а желанием защитить позицию РПЦ и "прекратить скандал". В этом проигрыше нет ничего ужасного. Театр заплатит штраф и затем, в зависимости от степени принципиальности и позиции режиссера и директора, может сохранить, а может изменить те сцены спектакля, по поводу которых ему был предъявлен гражданский иск. Таков нормальный путь решения этого конфликта.

В отличие от Минкультуры, я вижу проблему не в самом конфликте, а в том, что Минкульт организовал обсуждение конфликта с целью давления на театр (а в театре ведь работают взрослые люди, отвечающие за свои действия) и в этом обсуждении согласились участвовать, к своему позору, Константин Райкин, Сергей Шаргунов, Захар Прилепин и др. Действия этих людей размывают правовой путь решения проблемы и принципиальное право театра ставить такие спектакли, по поводу которых верующие могут обращаться в суд с гражданскими исками.

Например, возможно ли сегодня поставить спектакль, где есть сцены совращения высокопоставленными служителями РПЦ семинаристов, или сцены, в которых священники РПЦ освящают отправку добровольцев на войну на Украину? Минкультуры, РПЦ, Райкин, Сергей Шаргунов и Прилепин скажут, что НЕЛЬЗЯ. Я же говорю, что можно и необходимо, если театр для общества и в обществе — второй "университет" по щепкинской и старомосковской традиции. Повторю еще раз, что считаю, что гражданский иск группы верующих к театру, а не возбуждение прокуратурой уголовного дела по заявлению группы верующих в связи со спектаклем — это нормальный способ решения конфликта в сфере светского искусства, в отличие от возбуждения уголовных дел по выставкам "Осторожно, религия" и "Запретное искусство — 2006" и в отличие от неправового, антиконституционного способа решения конфликта в связи со спектаклем "Тангейзер".

Организация обсуждения Министерством культуры спектакля "Тангейзер" с приглашением и участием в обсуждении спектакля высокопоставленных представителей РПЦ и т.д., в результате которого театру рекомендовано внести в спектакль изменения, чтобы снять конфликт с группой верующих — это косвенная цензура спектакля РПЦ и, по-моему, ненормальный и неправовой способ защиты свободы творчества в светском государстве, который размывает и уничтожает ответственность театра за то, что он делает. Я исхожу из того, что У ТЕАТРА В СВЕТСКОМ ГОСУДАРСТВЕ ЕСТЬ ПРАВО НА КОНФЛИКТ С ГРУППОЙ ВЕРУЮЩИХ И ЭТО ПРАВО — ОДИН ИЗ БАЗОВЫХ ПРИНЦИПОВ УСТРОЙСТВА ЕВРОПЕЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ, И РОССИЙСКОЙ ТОЖЕ. На мой взгляд, от обсуждения НОРМАЛЬНОГО способа решения возникшего конфликта участники организованного Минкультом обсуждения спектакля "Тангейзер" почему-то уклонились и, судя по всему, предпочли НОРМАЛЬНОМУ и правовому способу мышления и решения конфликта НЕНОРМАЛЬНЫЙ И НЕПРАВОВОЙ, фактически пойдя на поводу у РПЦ. Жаль. Заранее понятно, что со мной многие не согласятся, но все относящиеся к делу аргументы я высказал и добавить мне к ним нечего.

Юрий Самодуров