Чего я как зритель жду от нового директора Третьяковки

Страх Лебедевой перед современным искусством и ее доходящая до абсурда самоцензура — например, она совершенно серьезно сказала однажды Максиму Кантору, что не может показать одну из предложенных им работ на предполагавшейся выставке Кантора в Третьяковке, потому что священник, с которым она советовалась по поводу работ Кантора, сказал ей, что у одного изображенного Кантором ангела — "злые глаза" (эту историю рассказал мне Виталий Пацюков) — не прихоть и не порожден воображением самой Лебедевой. Ее страх и ее обращение к священникам за советами, что можно показать, а что нет, порождены обвинениями организаторов выставок "Осторожно, религия!" и "Запретное искусство — 2006" и признанием российскими судами организаторов этих выставок виновными в уголовном преступлении — оскорблении чувств верующих посредством экспонирования религиозно-кощунственных работ (в последнем случае виновным был признан и Андрей Ерофеев).

Я не думаю, во всяком случае трудно предположить, что новый директор Зельфира Трегулова БУДЕТ СВОБОДНА ОТ ЭТОГО СТРАХА И ПЕРЕМЕНИТ ОТНОШЕНИЕ ТРЕТЬЯКОВКИ К НОНКОНФОРМИСТСКОМУ ИСКУССТВУ. Эта перемена зависит не только и не столько от нее, а от политики Минкультуры и политики РПЦ и Генпрокуратуры, присвоивших себе с согласия руководителей государства, роль цензора в сфере изобразительного искусства. И если г-жа Трегулова позволит себе, с точки зрения Минкультуры и РПЦ и прокуратуры, слишком много, в плане экспонирования работ с критическим настроем по отношению к современной действительности и, в частности, к деятельности РПЦ, то ее уволят.

Можно считать, в своем отношении к современному актуальному искусству г-жа Лебедева была верным и четким проводником политики Минкультуры и Генпрокуратуры. Поэтому г-жа Трегулова будет должна и, скорее всего, продолжит очень осторожную политику Ирины Лебедевой по отношению к показу современного искусства в Третьяковке. Что касается высказанных Минкультуры претензий к деятельности Лебедевой, из-за которых она вроде бы и уволена, эти претензии, по-моему, либо не очень справедливы, либо второстепенны и среди них нет главной претензии — о необходимости изменить ценовую политику Третьяковки. Сегодня билеты в Третьяковку слишком дороги, что бы большинство посетителей могло ходить в нее часто и без напряжения. Билеты в Третьяковку доступны без размышления и напряжения только обеспеченным людям, в то время, как вход в нее, по-хорошему, должен стать для посетителей бесплатным, а для сбора пожертвований — кто сколько может заплатить — в залах везде должны стоять специальные кубики-копилки.

Претензия Минкультуры, что в залах Третьяковки нет Wi-Fi легко устранима, если Минкультуры даст Третьяковке деньги на его установку. Если Минкультуры денег на Wi-Fi сих пор не дало, почему оно упрекает в его отсутствии Ирину Лебедеву? Все-таки когда люди приходят в Третьяковку смотреть вещи которые там экспонируются иногда конечно хочется иметь возможность прямо в зале узнать побольше о том или ином художнике.

Желая новому директору Третьяковки Зельфире Трегуловой успехов, я жду от нее только того, что она может не вступая в конфликт с начальством сделать своей властью, во-первых, пригласить Андрея Ерофеева, если он согласится, вернуться работать в Третьяковскую галерею одним из кураторов выставок современного искусства. Этих выставок — столь же интересных, как и выставки русских художников-классиков — в Третьяковской галерее сегодня не хватает. Во-вторых я жду от Зельфиры Трегуловой, что она совместно с Минкультуры постарается изменить ценовую политику галереи и сделает Третьяковку доступной для частого посещения всеми, а не только обеспеченными людьми. В-третьих, мне хочется, чтобы в залах Третьяковской галереи на Крымском валу, посвященных станковому искусству 20 века (речь не о нонконформистском искусстве, о нем сказано выше) появилась, наконец, более интересная со всех точек зрения, экспозиция, чем сегодняшняя, которая, по-моему, откровенно скучновато сделана и выглядит как унылая развеска по стенам то ли пары сотен, то ли значительно меньшего числа произведений (т.е. даже масштаб экспозиции в памяти не откладывается). Только что закончившаяся в Третьяковке выставка одного единственного коллекционера Георгия Костаки — была ярче и экспозиционно и содержательно интереснее, чем постоянная, основная экспозиция Третьяковки периода начала-середины 20 века. Мириться с этим г-жа Трегулова, по-моему, не должна.

Возможно, и искусство андеграунда (нонконорфомистов) 1950-1980-х годов стоило бы показывать в залах советского периода вместе с официально допускавшимся в эти годы искусством? Все-таки (я слышал это от Ерофеева) — все искусство советского периода, на самом деле, было единым и взаимосвязанным процессом.

Юрий Самодуров