Было время, когда "Какое вы имеете моральное право!" было расхожим оборотом речи, хоть и не без зощенковского привкуса. Таким образом только-только начинавшие ликвидировать безграмотность граждане выражали свое неприятие ненравившихся им слов или поступков. Нет, дескать, у тебя морального права поступать таким образом.
Что это за "моральное право" и как вообще право может быть моральным, граждане, естественно, не задумывались. Но то, что есть некий универсальный закон, санкционирующий определенные действия, и то, что санкция на определенные действия дается определенным людям в соответствии с их добродетелями, сидит в нашей культуре настолько глубоко, что можно говорить даже об архетипичности.
Вообще-то оба мнения не бесспорны. А второе вдобавок и часто играет с нами злую шутку: вместо того, чтобы задуматься о своем поведении, мы хватаем обличителя за грудки: "А ты кто такой?!". Кто ты такой, чтобы мне, самому МНЕ указывать?! И, отыскав на одежде обвиняющего нас лица мелкое пятнышко, мы лишаем это самое лицо права указывать нам, вдумайтесь – НАМ, самим НАМ, да, как он посмел, пачкун этакий, что наш собственный костюм источает ароматы недопереваренного вчерашнего застолья. Ничего, стирать не будем, он тоже не в белоснежном фраке. Отцы так жили, и мы проживем.
Но я сейчас не об этом. А о том, что представление про моральное право есть. И именно оно определяет отношение массы к претензиям очередных спасителей отечества в очередной раз отечество спасти.
А это значит, что нам, дорогие друзья, чтобы из болота тащить бегемота, нужно моральное право. И вот тут начинается неприятная история.
С одной стороны, кроме нас, спасать бегемота больше некому. Мы, вроде, поумнее и посовестливее. Конечно, "поумнее" не значит "очень умные", а "посовестливее" – "очень совестливые". Но, с другой стороны, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг, понимаешь, что у остальных дела с этим обстоят еще хуже – и с умом, и с нравственным чувством. Это не похвальба, хвастать нам нечем; просто горестная замета: больше некому.
Но здесь открывается "другая сторона". В том-то и дело, что "хвастать нечем" и что с "моральным правом" у нас скверно. Слишком много мы напортачили в 90-е годы. Да и в 21-м веке тоже. Слишком легкомысленны были. Слишком нещепетильны. Слишком равнодушны.
Там, где надо было кричать криком (как с первой чеченской войной), шептали. Там, где нужно было говорить правду (как с монархической нашей конституцией), боялись призрака коммунизма и молчали. Там, где нужно было понять, что это уже только призрак и что так уж бояться Геннадия Андреевича нет причины, не хватало нам ума на это понимание. Там, где нужно было думать не только о себе, но и о стране, не хватало любви. И там, где нужно было просто думать и думать, думать ленились, а вместо этого рвались вперед и вперед: чего тут думать, тут трясти надо. Нынешний же режим у нас не марсиане установили. А мы. И укрепиться ему помогли мы. Ну, и так далее – сами знаете.
Так что костюмчик наш, дорогие друзья, тоже того... Не того... Стирать надо. Потому как без этого любой шариков, гордящийся своим шариковчеством, в ответ на все наши призывы будет тыкать нам в грудь заскорузлым пальцем и икать: "А ты кто такой? Какое у тебя полное моральное право учить меня? И-Ык!"
Такая вот история. И ничего не делать нет морального права, и делать тоже морального права нет.
Но эта коллизия ложная. Ничего не делать прав у нас гораздо меньше. Так что делать или не делать – так вопрос не стоит.
Делать. Вопрос стоит иначе: что делать и как делать.
И вот тут-то как раз и проясняется, что для того, чтобы делать хоть что-то, и даже неважно, что именно, нам нужно костюмчик простирать. Без этого никакое деланье у нас не получится. Тут уж ничего не попишешь: хочешь в офис идти – не надо было вчера в луже валяться.
Как стирать? Это как раз вопрос очень простой. Это как раз и есть то самое покаяние-осознание, к которому мы и страну призываем. (И правильно, между прочим, призываем – все, что я написал, дорогие друзья, о нас с вами, и к стране в целом относится точно так же.)
Техника у этого дела нехитрая.
Первый шаг – нужно принять на себя ответственность хотя бы за последние 25 лет нашей истории.
Второй шаг – нужно сказать громко, что именно я (или именно мы – здесь разницы никакой, смысл тот же) сделали неправильно, плохо сделали.
Шаг третий – нужно понять, почему мы вели себя так, а не иначе: какие внешние условия и какие условия внуренние, психологические, личностные наши черты побуждали нас вести себя так, а не иначе.
И наконец в-четвертых, нужно выработать план мероприятий, как сделать так, чтобы все те же самые наши личностно-психологические черты не побудили бы нас еще раз наступить на те грабли, с которыми мы познакомили свой (и, увы, не только свой) лоб за последнюю четверть века.
Такая вот вкратце программа.
Я знаю, о чем вы подумали. Кто же после такой чистки за нами пойдет? После такого саморазоблачения и самоуничижения. После такого аутодафе. Это же просто-таки политическое самоубийство какое-то, понимаешь...
Я вам на это вот что скажу. Прежде всего, убивать нам уже давно особенно нечего – за нами и так никто не идет. Так что иной, не-фениксовой перспективы у нас просто нет. А во-вторых, только пройдя через такой котел, мы сможем претендовать на то, чтобы стать не временщиками, не калифами на час, а настоящими лидерами общества.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
